Образование Кубанского казачьего войска (к 230-летию освоения казаками кубанских земель)

     В 1860 г. было образовано Кубанское казачье войско. В его состав были включены Черноморское казачье войско и Хоперский и Кубанский полки Кавказского линейного казачьего войска. Насчитывалось 22 конных полка, 3 эскадрона, 13 пеших батальонов и 5 батарей. Войско ведет свое старшинство с 1696 г., от  старейшего из полков Кавказского линейного казачьего войска — Хоперского полка.

     Основная часть войска – черноморские казаки, проживавшие в Екатеринодарском, Ейском и Темрюкском отделах Кубанской области. Другая часть войска – линейные казаки, проживавшие на территории Кавказского, Баталпашинского, Майкопского и Лабинского отделов Кубанской области.

     Решением от 10 мая 1862 г. для заселения предгорий Западного Кавказа переселялись 12400 кубанских казаков, 800 казаков Азовского казачьего войска, 2000 государственных крестьян и 600 женатых нижних чинов Кавказской армии. Они также вошли в состав Кубанского войска.

     Положением о воинской повинности и о содержании строевых частей Кубанского казачьего войска от 1 августа 1870 г. устанавливался порядок войска в мирное время. В состав включалось 2 Лейб-Гвардии Кубанских казачьих эскадрона, 10 конных полков, 2 пеших пластунских батальона, 5 конно-артиллерийских батарей, 1 дивизион в Варшаве, 1 учебный дивизион.

     24 июня 1882 г. утверждено положение о военной службе Кубанского казачьего войска. Служилый состав делился на 3 разряда, а строевой состав еще на 3 очереди.

     Основу войска составили свободные военизированные жители. Главой был наказной атаман, который также исполнял обязанности начальника Кубанской области. Он назначал атаманов отделов, которым подчинялись выборные атаманы станиц и хуторов.

     Станичный сход являлся высшим органом станичной власти, в его ведении  находилось избрание правления и атамана. Правление на начальном этапе состояло из атамана и двух избранных судей, а с 1870 г. состав правления увеличился и включал атамана, помощников атамана, судей, казначея и писаря.

     Кубанское казачье войско состояло из 7 отделов: Екатеринодарский, Баталпашинский, Кавказский, Ейский, Майкопский, Лабинский, Таманский.

 Старый Новый год

      В ночь с 13 на 14 января почти в каждой семье встречают Старый Новый год. Хотя уже более ста лет в далеком 1918 году жители Российской советской республики перешли с юлианского календаря на григорианский, но не забывается этот праздник, так как имеет историческую особенность, огромную народно-обрядовую почву:  на Руси этот день совпадал с именинами Василия. Накануне Старого Нового года, 13 января, наступает Щедрый вечер (в разных регионах его называют по- разному: Маланки, Маланьи, Васильев вечер, Овсень, Щедрец, Толстая кутья). Христиане в этот день почитают преподобную Маланью Римлянку. И к вечеру хозяйки готовились так же тщательно, как и к Рождеству Христовому. Из древних фольклорных источников сохранилась поговорка: «Наготовила, как на Маланьину свадьбу», означающая богатое, обильное застолье. На ужин подавали все самое вкусное и сытное, чтобы провести весь год в богатстве и достатке. На праздничном столе обязательно должна быть щедрая кутья, вареники – как символ новой Луны и нового периода, который наступает. Птицу или рыбу на Щедрый вечер не готовили, чтобы счастье не «уплыло» в новом году. А вот блюда из свинины – пожалуйста!

  Читать далее

     По традиции, на Щедрый вечер за праздничным столом обязательно собирается вся семья – все в чистой и поглаженной одежде, чтобы год был удачным. После трапезы все просят друг у друга прощения, а также идут за прощением к соседям – чтобы жить в мире и согласии на протяжении года. Молодежь удаляется на веселые гулянья – петь щедровые песни и поздравлять всех с Новым годом. Девушки красиво наряжались к этому событию — «Наряжается, как на Маланьину свадьбу».

      Еще одна традиция – переодевание. В компании выбирали парня, который будет играть роль Маланки. Его наряжали девушкой, в некоторых регионах – парня переодевали в козу, которая должна принести удачу в дом. Вся эта веселая ватага во главе с козой отправлялась по домам щедровать, разыгрывать сценки и величать хозяев. За такую честь хозяева должны были вознаградить ряженых выпечкой, сладостями.

      В ночь на Василия никто не спал. Мальчики и мужчины отправлялись по домам родственников, друзей и соседей засевать. «На счастье, на здоровье, на Новый год», — приговаривали они, рассыпая вокруг зерна пшеницы, овса, ячменя и ржи, желая хозяевам на весь год достатка и урожая. Хорошая примета – чтобы мужчина первым переступил порог дома в новом году. Поэтому засевать ходили только мужчины, и их необходимо было обязательно впустить в дом и угостить чем-либо.

      На Старый Новый год необходимо веселиться, принимать и провозглашать поздравления, вкусно и сытно есть, гадать: на суженого, на урожай, достаток, здоровье и т.д.

Празднование рождества на Кубани.

     Один из величайших христианских праздников — Рождество Христово — православная церковь отмечает 7 января. Рождество, это еще и  один из главных праздников, с которого и начинался новый год у казаков на Кубани. Рождеству предшествовал 40-дневный Филиппов пост,  мяса не ели. Зато в каждой кладовой истекали жиром связки рыбы: соленой, вяленой да копченой. Крупную рыбу по осени меняли в Приазовье на пшеницу. Впрочем, и своей хватало: почти каждая станица стояла  у реки.

Читать далее

    В «старые» времена на Кубани торжества были многозначительными, исполненными смысла. Праздничные традиции свято почитались, сохранялись, передаваясь от поколения к поколению. Представим себе казачью станицу конца XIX века накануне Рождества. Все вокруг укрыто снежным «покрывалом», над небольшими турлучными домиками вьется дымок, отовсюду доносится аромат свежеиспеченных пирожков с фасолью, горохом и картофелем и сваренного «узвара» (компота из сухофруктов), на столах дымится кутья (пшеничная или ячменная каша с медом).

   «Богата вечеря» начиналась рано, еще до сумерек, с появлением на небе первой звезды. Вокруг большого стола, стоявшего здесь же, возле «покути»,  (место в хате, расположенное по диагонали от печи до Святого угла),  торжественно усаживалась вся семья, со всеми детьми и домочадцами, и «вечеряла» чинно и спо­койно, строго сохраняя молчание. Был ста­ринный обычай, что если во время этой «вечери» кто чихнет, то глава семьи объ­являл такому счастливцу в подарок пер­вого телка или жеребенка, рождение ко­торого ожидалось. После «богатой вечери» все малые дети, в возрасте отроков, разносили  «вечерю» своему крестному отцу и мате­ри, в сопровождении взрослых. Вся ста­ница, уже в сумерки, наполнялась детьми, снующими по улицам, и почти в каждый дом приходил малый ребенок и, после приветствия, поцеловав отцу или матери руку, чистым детским голоском объявлял, что «батько и мати прислали вам вечерю – иште на здоровья». Следует отметить, что кроме указанного обычая — разносить вечерю, канун празд­ника проходил всегда особенно тихо, в торжественном спокойствии, которое ни­кем не нарушалось. Каждая семья находи­лась дома в полном составе и после вече­ри сейчас же укладывалась спать, т. к. большинство членов ее на первый день праздника старалось побывать в церкви. Ника­кого пения колядок, шумного веселья мо­лодежи и всякого дурачества в этот святой вечер нигде в станицах не бывало, право­славный народ и не мог допустить в ка­нун великого праздника ничего подобного.

      Рождественская ночь считалась наиболее важной, самой волшебной в году. Этой ночью, с первым ударом к заутрени, вставала вся казачья семья. Хозяйки топили печь, и все спешили в церковь на службу. Но еще раньше уходили из дома дети. Рано утром, еще до рассвета, на улицах станицы всюду появлялись кучки детей-подростков, кото­рые усердно перебегали со двора во двор и «славили Христа».  А вечером молодые парни носили по станице «звезду», заходя с нею в каждую хату, где пели церковные песни. В это же время, еще до наступле­ния сумерек, по улицам начинали ходить и «дивчата», составившие отдельные от хлопцев группы. Они подходили к окнам хат, и всюду слышалось громкое:            «благосло­вить калядувать», а из хаты ответное «бог благословить», после чего в звонком мо­розном воздухе раздавалось пение коляд­ки, получая в подарок за свое пение хлеб, сало, сладости и, реже, мелкую монету.

         Переселившись на новые земли, казаки принесли сюда и свои обычаи празднования Святок. Святки — время от Рождества до Крещения — были яркими и веселыми.

        На весь период Святок вводился запрет на любые виды работ, кроме необходимых по хозяйству. Двенадцать святых дней закладывали основу будущего года, поэтому святки было принято проводить не только весело, но и в любви и согласии с близкими. Ходили, друг к другу в гости, поздравляли с праздником. На Святках совершали разные «очистительные» обряды: окуривали дом и окропляли его водой, выбрасывали на улицу мусор, чтобы вместе с ним выбросить и нечистую силу, если она успела пробраться в жилище. Это время предназначалось для отдыха и развлечений: катания на коньках и санках, игр в снежки и гуляний.

Советские новогодние игрушки из фондов ТМК

      Вот и наступили долгожданные, с детства любимые, Новогодние и Рождественские праздники. С боем Курантов в дом вошла сказка в образе Деда Мороза и Снегурочки. Ёлочная мишура заискрилась множеством новогодних огоньков, которые будут радовать нас до самых Крещенских морозов.

Григорианский календарь в России.

       Известно, что в древнеславянском календаре отсчет времени велся по сезонам и делился на 12 месяцев лунного календаря. Началом нового года считалось 1 марта — начало сельскохозяйственных работ. Это сохранилось и в более поздний период.

      В 988 году Русь принимает христианство и  вместе с тем происходит переход и на использующийся в Византии юлианский календарь. На Руси сохраняется традиция начинать новый год 1 марта, в отличии от Византии, где новый год считался с 1 сентября. Кроме того, начали использовать юлианскую систему подсчета лет “от сотворении мира” (с 5508 г. до н.э.). Такая календарная система просуществовала практически без изменений до XVII века. В 1492 г. «новолетие»  было перенесено с 1 марта на 1 сентября. Таким образом, до 1492 года использовался “ мартовский” стиль, а с 1492 года — “сентябрьский”.

       В конце XVII века Петр I проводит календарную реформу. В большинстве европейских стран летоисчисление велось “от Рождества Христова” и новый год начинался с января, что создавало определенные неудобства в отношениях России и других стран. Таким образом, вслед за 31 декабрем 7208 г “от сотворении мира”, наступило 1 января 1700 г. н.э. При этом фактически сохранялось юлианская система  подсчета.

     После победы Октябрьской революции ( 1918 г.) в России вводят григорианский календарь, который получает название “нового стиля”. Это было связано с тем, что юлианский календарь, используемый до этого в течении многих веков, запаздывал каждые 128 лет на одни сутки, соответственно к периоду принятия его в России, разница составила 13 суток. Григорианский календарь более точен, расхождение в одни сутки наступит только через 3300 лет. Именно из-за этих изменений в России празднуется “два” Новых года. Один — с 31 декабря на 1 января, а второй: с 13 на 14 января.

 

 

«Лермонтовское окружение» М.И. Цейдлер

        Это экспромт, посвященный Михаилу Ивановичу Цейдлеру (1816 — 1892), товарищу Лермонтова по юнкерской школе, служившему в лейб-гвардии Гродненском полку, куда с Кавказа был переведен в 1838 году поэт.  Написано Лермонтовым на проводах, устроенных в честь отъезда Цейдлера в действующую армию на Кавказ 3 марта 1838 г.  Вот как сам Михаил Иванович описывает этот отъезд.

Читать далее

     «18-го февраля 1838 года командирован был я в отдельный Кавказский корпус в числе прочих офицеров Гвардейского корпуса… Товарищи, однако, непременно вздумали устроить, по обычаю, проводы. Хор трубачей отправлен был вперед, а за ним моя кибитка… на станцию Московского шоссе. Станционный дом помещался в длинном каменном одноэтажном строении… Все комнаты, были блистательно освещены. Хор трубачей у подъезда встретил нас полковым маршем, а в большой комнате накрыт был стол, обильно уставленный всякого рода напитками. Меня усадили, как виновника прощальной пирушки, на почетное место. Не теряя времени начался ужин, чрезвычайно оживленный. Веселому расположению духа много способствовало то обстоятельство, что товарищ мой и задушевный приятель Михаил Юрьевич Лермонтов, входя в гостиную, устроенную на станции, скомандовал содержателю ее, почтенному толстенькому немцу, Карлу Ивановичу Грау, немедленно вставить во все свободные подсвечники и пустые бутылки свечи и осветить, таким образом, без исключения все окна. Распоряжение Лермонтова встречено было сочувственно, и все в нем приняли участие; смех, суета сразу расположили к веселью. Во время ужина тосты и пожелания сопровождались спичами и экспромтами. Один из них, сказанный нашим незабвенным поэтом Михаилом Юрьевичем, спустя долгое время потом, неизвестно кем записанный, попал даже в печать. Экспромт этот имел для меня и отчасти для наших товарищей особенное значение. Само собою разумеется, что ужин кончился обильным излиянием чувств и вина. Предшествуемый снова хором полковых трубачей, несомый товарищами до кибитки, я был наконец уложен в нее, и тройка в карьер умчала меня к Москве.

     Не помню, в каком-то городе, уже днем, разбудил меня человек, предложив напиться чайку. Очнувшись наконец, я немало был удивлен, когда увидел, что кругом меня лежали в виде гирлянды бутылки с шампанским: гусарская хлеб-соль на дорогу.

     Сухопутное странствование наконец кончилось прибытием в Тамань».  И далее Цейдлер описывает «невзрачный городишко» Тамань, то есть каким застал он его в 1838 году. Эти воспоминания несомненно является важными для исследователей творчества М.Ю. Лермонтова, так как связаны с повестью «Тамань», одной из частей романа «Герой нашего времени».

     М.И. Цейдлер — генерал-лейтенант, художник, скульптор, почётный «вольный общник» Императорской Академии художеств, родился в Одессе 23 июля 1816 г.; воспитывался сначала в Иркутской гимназии, а потом в школе гвардейских подпрапорщиков и юнкеров. Служил в лейб-гвардии гродненском гусарском полку. Участвовал в военных действиях на Кавказе. 4 апреля 1865 года произведён в генерал-майоры. Был нижегородским полицмейстером, позже служил в Северо-Западном крае 1869-1885.

     Стремление к художественным занятиям у Михаила Ивановича проявилось еще в 1835 г., когда им были вылеплены первые статуэты, которые приобрели некоторую популярность. В 1844 г. Цейдлер состоял адъютантом при генерале Плаутине и, находясь в Петербурге, посещал мастерские лучших художников. В это время он изучал у профессора  И П. Витали скульптурную технику и в следующем  году, исполнил медальон-портрет Великого Князя Михаила Павловича для Великой Княгини Елены Павловны. Дальнейшие занятия скульптурой он продолжал в мастерской известного профессора H. С. Пименова, под его личным руководством. В 1859 г. им были выставлены в Академии Художеств бюст С. Я. Веригиной; большая группа, вылепленная им из воска: «Бой оленей» и «Борзая собака с лисицей», обратившие на себя внимание барона П. К. Клодта.

     Кроме этих произведений Цейдлера, известны еще следующие его работы: медальон-портрет знаменитого артиста П. М. Садовского и медальон императора Александра III, сделанный им 2 марта 1881 г., с натуры, в Собственном Его Величества Кабинете, и находящийся в Академии Художеств. Кроме скульптурных работ, Цейдлер писал масляными красками и ему же принадлежат «Записки кавказского офицера», напечатанные в «Русском Вестнике 1883 года. Отличаясь горячею любовью к театральному искусству, Цейдлер много способствовал учреждению и усовершенствованию русского театра в Вильне.

       Как человек впечатлительный, восприимчивый, Михаил Иванович имел доброе, отзывчивое сердце, готовое прийти на помощь всякому нуждающемуся.

График работы музея в новогодние праздники

       Уважаемые посетители! Таманский музейный комплекс в период с 31.12.21-8.01.22 будет работать по следующему графику:

31 декабря — 3 января — музейный комплекс закрыт для посещения;

4-6 января — музейный комплекс открыт для посещения

7 января — музейный комплекс закрыт для посещения

С 8 января мы возвращаемся к обычному графику работы.

С наступающим Новым годом, дорогие посетители!

Военное дело Боспорского царства

     Военные столкновения с внешними врагами вызывали необходимость в вооруженных силах, они были нужны и для подчинения рабов. На военное искусство боспорян наложило отпечаток воздействие местных племен, что нашло отражение в заимствованиях отдельных видов оружия и элементов ведения боя. Основную силу городов на случай военных действий составляло ополчение граждан во главе с коллегией стратигов – этим объясняется большое количество воинов на местных надгробиях и мужских погребений с оружием. Определенную часть войска составляли воины-профессионалы, получавшие постоянное жалованье. С IV в до н.э. на Боспоре распространяется наемничество. В качестве союзников привлекаются племена скифов и меотов.

Читать далее

     Войско делилось на тяжеловооруженную пехоту – гоплитов, легкую пехоту и конницу. Гоплиты имели бронзовый шлем, щит, панцирь, поножи. Наступательным оружием служили меч и два копья: метательное и для рукопашного боя. Вооружение легкой пехоты состояло из оружия дальнего боя: дротиков, пращи, лука со стрелами.

     Конница в вооруженных силах Боспора играла значительную роль, набиралась она из аристократии. На рубеже нашей эры наряду с легковооруженными всадниками в составе боспорской  армии появляется тяжелая конница – катафрактарии.

     Тактика ведения боя была эллинской: сомкнутая фаланга пехоты с конницей на флангах. Легкая пехота завязывала сражение и прикрывала фалангу. Решал сражение рукопашный бой. Конница довершала разгром и вела преследование.

     Войска сопровождались обозом — повозками с провиантом. Города имели оборонительные сооружения – стены и башни. Стены возводились из стесанного камня в два панциря с забутовкой. Толщина стен нередко превышала 2 м.

     Боспорское государство располагало также военным флотом, главной ударной силой которого были триеры.

На государевой службе

         Империя не может существовать без армии – армейский быт, армейский уклад, армейские традиции пронизывают все стороны жизни империи, откладываясь в умах и душах людей.

         Основным центром подготовки офицеров в XVIII – XIX вв. являлись гвардейские полки, в которые молодые дворяне поступали рядовыми и унтер-офицерами. Первый из полков был сформирован князем А.Д. Меньшиковым в 1707 году в Москве, а в 1719 г. получил название Санкт-Петербургского драгунского. В 1710 году была образована Команда придворных гребцов и Команда придворных яхт. В феврале 1810 г. из таких команд был сформирован 4-ротный Гвардейский экипаж. Кавалергардский полк был одним из наиболее аристократических полков российской гвардии. Впервые в России кавалергарды (телохранители из дворян) появились еще при Петре I как команда (рота) из 60  человек для участия в церемонии коронования императрицы.

Читать далее

        Еще в 1714 г. Петр I издал указ, запрещавший производить в офицеры юношей, не прошедших гвардейскую службу. Поэтому сеть военно-учебных заведений, удовлетворяющая сословные чаяния дворянства и обеспечивающая подготовку высококвалифицированных командиров, постоянно расширялась.

         Начало XIX века стало временем активного развития военно-учебных заведений. Только в Санкт-Петербурге в октябре 1802 года на основе придворного пансионата был учрежден привилегированный Пажеский корпус, готовивший офицеров для гвардии и свиты императора. В 1807 году при Втором кадетском корпусе появился Волонтерский  корпус, вскоре переименованный в Дворянский полк. Он давал молодым аристократам ускоренную подготовку к офицерскому званию – всего за два года.

         Появлялись также новые учебные заведения, готовившие офицеров для специальных родов оружия. В 1804 году открылось Инженерное  училище для юнкеров, на базе которого затем организовали Главное Инженерное училище, в 1820 году – Артиллерийское училище, а в 1822 году – Школа топографов при  Главном штабе.

         Еще в 1826 году для подготовки офицеров гвардейской кавалерии при Школе гвардейских подпрапорщиков сформировали эскадрон юнкеров (от немецкого «Junker» — молодой дворянин), после чего она получила название Школы гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров. Обучение в школе в отличие от большинства кадетских корпусов было платное. По отзыву современника, туда «стекались, главным образом, «молодые барчата», отцы которых недалеко ушли по службе, но зато обладали порядочными, а иногда и очень значительными средствами».

         От 14 октября 1832 года сохранилась запись в журнале входящих бумаг Школы гвардейских подпрапорщиков: «№ 748. <От> Г. Генерал-адьютанта  Нейдгарта № 238-й о зачислении унтер-офицерами недорослей …Столыпина, …Лермонтова…». Режим  в школе был строгий, воспитание велось «на вполне солдатский лад».2 Поэт М.Ю. Лермонтов назвал годы, проведенные в Школе, «ужасными» и перечислил в шуточном стихотворении «Юнкерская молитва» бедствия, которые могли обрушиться на голову воспитанника по воле начальства:

  

         22 ноября 1834 года Лермонтов был выпущен из Школы корнетом в лейб-гвардии Гусарский полк. Довольно основательно изучив, как военные, так и общеобразовательные дисциплины, он был разносторонне подготовлен и обладал достаточно широким общим  и военным кругозором. В нем сложились черты военного человека. Не случайно он писал в 1832 М.А. Лопухиной, что «если начнется война, … везде буду впереди».

                В 1839 году Школу перевели в новое здание, отстроенное в расположении Измайловского полка. В 1859 Школа была переименована в Николаевское училище гвардейских юнкеров, а в 1864 преобразована в Николаевское кавалерийское училище. Память о Лермонтове жила среди воспитанников, и в 1881 году начальник училища А.А. Бильдерлинг приступил к организации первого в России Лермонтовского музея. В 1883 году музей открылся. Позднее, накануне столетия со дня рождения Лермонтова, перед зданием училища (ныне Лермонтовский пр.,54) 1 октября 1913 года состоялась закладка памятника поэту. Памятник, изображающий Лермонтова в военном мундире, был сооружен Б.М. Микешиным в 1914 году и торжественно открыт лишь 9 мая 1916.

         Главным достижением  времени царствования Николая I следует признать учреждение в 1832 году Императорской Военной академии, цель которой состояла в «образовании офицеров Генерального штаба».

         Принимали офицеров не моложе 18 лет, по конкурсному экзамену. Учебные программы отличались академической глубиной и серьезностью: тактика, стратегия, полевая и долговременная фортификация, военная история, геодезия и многое другое.

         Николай I неоднократно посещал военно-учебные заведения Петербурга, как вновь открытые, так и старые. Известно, что он вообще с большим вниманием относился к армии, а в кадетских корпусах справедливо видел ее будущее. Воспитанников  Первого кадетского корпуса император ласково называл «мои краснопогонные».

         В первой половине XIX века из военно-учебных заведений вышла целая плеяда блестящих военачальников, администраторов, государственных деятелей. Среди бывших кадет, гардемарин и юнкеров оказалось немало литераторов, художников, музыкантов.